Бенито Миранда Эрнандес, 42-летний ветеран армии США, работающий ночным сторожем на автостоянке в Сан-Диего, опасается депортации. Он трижды участвовал в войне в Ираке, но не имеет американского гражданства. Эрнандес родился в Мексике и был привезен в США в младенчестве.
Из-за судимостей за наркотики он несколько раз попадал в тюрьму и сейчас участвует в программе реинтеграции бывших заключенных. Его срок заканчивается в августе, но он боится, что после освобождения его задержат иммиграционные власти и депортируют.
С начала второго срока президента Дональда Трампа в 2025 году администрация развернула массовую кампанию депортации. По оценкам властей, к январю было принудительно выдворено не менее 675 000 человек. Официально операция нацелена на «худших из худших», но ветераны-иммигранты с судимостями опасаются, что их тоже могут депортировать.
Эрнандес поступил на службу в 18 лет после терактов 11 сентября. «Я хотел изменить мир, защитить страну, которая меня усыновила», — говорит он. Однако процесс натурализации затянулся, а в 2006 году его заявление было отклонено из-за судимости за хранение наркотиков.
По данным на 2022 год, в США насчитывается почти 731 000 ветеранов-иммигрантов, из которых около 118 000 не имеют гражданства. Многие ветераны сталкиваются с трудностями при реинтеграции в гражданскую жизнь, что приводит к проблемам с законом.
Адвокаты указывают на Закон о реформе нелегальной иммиграции 1996 года, который расширил список депортируемых преступлений, включив ненасильственные, такие как мошенничество и наркотики. Это привело к депортации тысяч ветеранов.
Эдвин Сальгадо, ветеран войны в Ираке, был депортирован в 2015 году после отбытия тюремного срока за торговлю наркотиками и оружием. Сейчас он живет в Тихуане, Мексика, и отказался от попыток вернуться в США. «В морской пехоте нас учили не бросать своих, но нас бросили», — говорит он.
Эрнандес продолжает искать пути получения гражданства. Он получил грин-карту, но знает, что это не гарантирует защиту от депортации. «Я хочу видеть, как они растут», — говорит он о своих трех детях.
Source: www.aljazeera.com